Аллегория Веры

«Аллегория католической веры», также называемая «Аллегорией веры», — картина маслом на холсте работы Иоганнеса Вермеера, созданная около 1670–1674 годов и хранящаяся в Метрополитен-музее в Нью-Йорке с 1931 года.

Вместе с «Искусством живописи» это одна из двух единственных исторических картин Вермеера по иерархии жанров той эпохи, хотя в ней сохраняется его обычное построение: одинокая фигура в домашнем интерьере за отдёрнутой тканой портьерой. Женщина в бело-голубом атласном платье сидит на возвышении, правая рука на сердце, правая нога на земном глобусе, определённом как работа Хендрика Хондиуса, и смотрит вверх на стеклянную сферу, висящую на синей ленте. На столе рядом с ней стоят золотая чаша, большая книга и тёмное распятие на фоне золочёной кожи; на полу лежат яблоко и змея, придавленная краеугольным камнем. Позади неё висит большое «Распятие», выполненное по картине Якоба Йорданса.

Большая часть символики взята из «Иконологии» Чезаре Рипы, изданной на нидерландском языке в 1644 году: Вера в белом и голубом, с рукой на груди, с миром под ногами, яблоко первородного греха и Христос как краеугольный камень, сокрушающий змея. Вермеер добавил элементы, которых нет у Рипы. Артур Уилок увидел в чаше, книге и распятии евхаристический акцент, а Эдди де Йонг проследил стеклянную сферу до эмблематической книги 1636 года иезуита Виллема Хесиуса. Заказчик неизвестен; Метрополитен-музей считает, что картина наверняка была написана по заказу, вероятно человека одновременно учёного и благочестивого, и первым владельцем мог быть католик из Делфта или городские иезуиты. Многие критики относят её к менее удачным его работам, находя экстатическую позу не согласующейся с реалистичным голландским интерьером.

Первым известным владельцем был амстердамский почтмейстер Херман ван Сволл, на распродаже которого в 1699 году картина принесла 400 гульденов; к 1735 году она была продана всего за 53. Приписанная Эглону ван дер Неру в конце XIX века, она была куплена в Берлине в 1899 году Абрахамом Бредиусом, который одолжил её Маурицхёйсу и позже назвал большой, но неприятной картиной Вермеера. В 1928 году он продал её Майклу Фридсэму из Нью-Йорка, который завещал её Метрополитен-музею.